Глава Беаалотха – секрет доброго глаза и святого упрямства
Наша истина и просьба о разумении
«Истина должна принадлежать нам, ведь она — наша миссия, наша задача, она по нашим силам, это то, чего ожидают от нас Небеса. Очень трудно знать, что мы можем, а чего не можем, не слишком ли это много или слишком мало.
Абсолютная истина постоянно находится в движении, от мгновения к мгновению, от часа к часу, изо дня в день. Каждый раз мы удостаиваемся нового понимания, нового взгляда, нового света, который позволит нам понять истину с большей ясностью. Абсолютную истину, не абстрактную истину, а ту истину, которая принадлежит нам, которую мы уже обрели, и мы знаем, что нам нужно делать с этой истиной, потому что иначе — это нечто далекое и абстрактное.
Все, о чем мы просим и в чем нуждаемся, — это первое благословение, которое установили мужи Великого Собрания в молитве «Шмоне Эсре», после благословений праотцам, могуществу и святости. И что это? «Дарующий человеку разум (даат)». То есть, первое, о чем просит человек, — это разум. Когда у человека есть разум, у него уже есть все. Когда у человека есть разум, он понимает, что когда ему чего-то не хватает, он не должен смотреть на того, у кого это есть, дурным глазом и завидовать ему, а должен обратиться к Ашему.
Дурной глаз — это полное отсутствие разума. Когда человек не аннулирует себя перед Ашемом, тогда у него дурной глаз. Ведь если он не видит Ашема, кого он видит? Самого себя. И тогда он постоянно смотрит по сторонам, чтобы увидеть, что лежит в тарелке у другого, вместо того чтобы поднять голову вверх, к Ашему. У того, кто смотрит на Ашема, добрый глаз. Он понимает, что все — от Ашема.»
Святое упрямство в создании Меноры
«И вот устройство меноры: чеканная (микша) она из золота; от основания ее до цветков ее — чеканная она» (Бемидбар 8:4)
Создание Меноры — это аспект всеобщего великолепия (итпаарут), которым Ашем гордится в Израиле, ибо оттуда исходит главный свет. Поэтому свечи Меноры были свидетельством того, что Ашем любит Свой народ Израиль и помещает среди них Свою Шхину, как говорили наши мудрецы благословенной памяти о западной свече, что она является свидетельством для всех обитателей мира, что Шхина пребывает в Израиле.
Это аспект великолепия, ибо из-за Своей гордости нами и любви к нам Он помещает Свою Шхину среди нас. Получается, что все устройство Меноры — это аспект великолепия, которым Ашем гордится в Израиле. И это аспект всех чудесных украшений, которые были на Меноре — миндалевидные чашечки, завязи и цветы и т.д., все это намекает на множество оттенков великолепия, которым Ашем гордится в Израиле, состоящем из множества оттенков.
И всего этого великолепия, которое является аспектом создания Меноры, удостаиваются только благодаря огромному упрямству. Нужно быть очень упрямым в служении Ашему, и это аспект: «И вот устройство меноры: чеканная (микша) она из золота», где слово «микша» (чеканная) родственно слову «акшанут» (упрямство). Ибо нужно быть дерзким и твердым в служении Ашему с очень большим упрямством.
И об этом сказано: «от основания ее до цветков ее — чеканная она», то есть всех украшений и цветов на Меноре, которые являются всеобщим великолепием Израиля, удостаиваются именно благодаря упрямству. Это означает, что во всем служении еврея от начала и до конца, от которого Ашем получает великолепие, все это достигается только через упрямство. От начала и до конца требуются упрямство и огромная святая дерзость. (На основе Ликутей Алахот, Законы Биркат а-Мазон 4:12)
Похвала Аарону Коэну: неизменная скромность
«Говори Аарону и скажи ему: когда будешь зажигать свечи... И сделал так Аарон» (Бемидбар 8:2-3)
На эти слова Писания Раши делает замечание: «И сделал так Аарон — чтобы возвестить похвалу Аарону, что он не изменил». Возникает вопрос: почему Писание считает нужным хвалить Аарона при зажигании Меноры, что он сделал «как повелел Ашем Моше»? Разве может прийти в голову, что такой цадик, основа мира, как Аарон Коэн, не дай Бог, изменит хоть что-то в заповедях Ашема?
На это отвечает цадик рабби Меир из Премишлян: несмотря на то, что Аарон был избран служить Первосвященником и быть близким к Шхине, его сердце, не дай Бог, не возгордилось, и он не изменил ничего в своем обращении с людьми. И все свои дни он был тем, кто «любит мир и стремится к миру, и приближает их к Торе» (Пиркей Авот 1:12).
Именно об этом говорит Раши: «чтобы возвестить похвалу Аарону, что он не изменил» — что он не изменил самого себя и своего сердечного отношения к каждому человеку. Напротив, до конца своих дней он держался качества скромности и смирения, и венец Первосвященника, возложенный на его голову, ничуть его не изменил. (Бней Цион)
Вера в заработок: притча о лошади и реке
«И сказал Ашем Моше: разве рука Ашема коротка?» (Бемидбар 11:23)
В комнату рабби Меира из Премишлян вошел еврей с жалобой: его сосед посягает на его границы, открыв магазин рядом с его собственным магазином, и продает там те же самые товары, тем самым лишая его заработка.
Спросил его рабби Меир: «Обращал ли ты внимание на то, как лошадь пьет воду из реки?» Еврей с удивлением ответил: «Нет, я не знаю!» «Так вот, — сказал ему рабби Меир, — прежде чем лошадь начинает пить воду из реки, она имеет обыкновение бить копытом по воде, и только после этого пьет. А почему? Почему лошадь ведет себя так странно?
Дело в том, что когда она подходит попить воды, в ней отражается ее собственный образ, и она думает, что это другая лошадь пришла выпить ее воду. Поэтому она поднимает ноги и бьет по воде, пока та не становится мутной и образ лошади не исчезает, и тогда она радостно пьет...
«Но человек — не лошадь, — продолжил Ребе, — и он должен знать, что миром управляет Ашем, который питает и обеспечивает всех, от яиц вшей до рогов диких быков». Ашем питает всех, от самого маленького творения до самого большого, и, конечно же, может напоить всех лошадей и обеспечить заработком все творения. (Бней Цион)
Сначала хоронят вожделение, а затем едут к цадику
«Из Киврот-а-Таава (Могил Вожделения) двинулся народ в Хацерот» (Бемидбар 11:35)
Цадик рабби Менахем Мендл из Коцка, который был одним из величайших адморов в Польше в 19 веке, прославился по всей Польше остротой своего ума и блестящими изречениями. Тысячи хасидов собирались у его порога и с жаждой впитывали слова его Торы. В преклонные годы рабби Мендл заперся в своей комнате для учебы и редко выходил к своим хасидам, которые днем и ночью толпились у дверей его дома в ожидании услышать от него слова Торы и хасидута.
И вот однажды группа хасидов обратилась к его шамашу — помощнику раввина — с просьбой, чтобы почитаемый Ребе соизволил выйти к ним и одарить их своим благословением. Рабби Мендл отреагировал на это словами, твердыми как железо, и воскликнул в уши хасидов, стоявших перед ним: «Зачем вы собрались и пришли ко мне? Вы хотите, чтобы я очистил грязь, которая прилипла к вам, и прогнал ваши посторонние мысли и постыдные вожделения?..»
«Однако вы должны знать, что я не уборщик мусора, и все это вы должны сделать сами, с трудом и усилиями, прежде чем приходить ко мне. Ведь в Торе есть ясный стих: "Из Киврот-а-Таава (Могил Вожделения) двинулся народ в Хацерот (дворы)" — сначала еврей должен "похоронить" гнездящееся в нем вожделение, и только после этого он может ехать во дворы цадиков...» (Бней Цион)