Недельная глава Ки Таво – тайна святости, хранение глаз и смирение

«И чтобы поставить тебя выше всех народов, которые Он сотворил, в чести, славе и великолепии, и чтобы ты был святым народом для Ашема, твоего Бога, как Он говорил» (Дварим 26:19).

Святой народ: борьба за чистоту

Народ Израиля — святой народ. Они стремятся только к работе над святостью и чистотой. Народ Израиля не ищет достижения ни «пророчеств», ни «духовных ступеней», — это то, что ищут народы мира и люди, не знающие путей служения Ашему. И в этом заключалась ошибка Билама и всех народов мира. Для них главное — быть великим человеком, важным человеком, известным человеком. Но в народе Израиля ищут только одно: как работать над святостью и чистотой, что является полной противоположностью всем методам и учениям народов мира, которые не знают, что такое святость. Они вообще не знакомы с понятием святости.

Народ Израиля свят, они не довольствуются разговорами. У них прежде всего начинают работать над святостью, над хранением глаз, над святостью союза (брит), и сражаются за эти вещи. Сражаются, чтобы спастись от запрета «и не блуждайте вслед за сердцем вашим и за глазами вашими», даже если это очень тяжело, и человек почти не видит никакой возможности спастись от этого. Но он знает, что с этим нужно бороться, у него нет выбора, ради этого он пришел в мир.

И об этом написано в книге «Эвен Шлема» Виленского Гаона, что человек приходит в мир только для того, чтобы победить это, только ради этого он пришел в мир, ни для чего другого. Все остальные вещи приходят, чтобы помочь святости. Люди думают, что святость — это нечто второстепенное, что есть 613 заповедей, и среди них также есть запрет «и не блуждайте».

Тайна хранения глаз

«Двадцать четыре вещи препятствуют раскаянию... и он не знает, что смотрение глазами — великий грех, ибо оно приводит к самим запрещенным связям, как сказано (Бемидбар 15:39): "и не блуждайте вслед за сердцем вашим и за глазами вашими"» (Рамбам, Законы раскаяния, глава 4).

Рамбам говорит, что все те, кто думает, что можно перепрыгнуть через запрет «и не блуждайте», взять его в скобки, отложить в сторону, сказав: «Есть 613 заповедей... ну, одну заповедь я не соблюдаю строго... ведь не каждый же исполняет все заповеди с особым тщанием? Я тщательно стараюсь быть гением, быть известным, обладать духом святости, но тщательно соблюдать запрет "и не блуждайте" — на это у меня нет времени, это не в моих силах, я занятой человек, я вожу машину».

Но на самом деле мир заблуждается. Безусловно, человек может хранить глаза, даже человек за рулем может хранить глаза. Он может просить Ашема, чтобы Он сохранил ему глаза, потому что через молитву можно достичь всего. Как Авраам Авину, который ходил по всему миру и ничего не видел, и так же сыновья Яакова Авину, шли от земли Израиля до Египта, и не открывали глаз всю дорогу. Мидраш говорит, что они ничего не видели в пути. Человек может ездить по всему миру, храня глаза! Сейчас едут в Умань, и, конечно же, можно хранить глаза в дороге.

Притча о бедуине и европейце

«Смотрящий на запрещенные связи и говорящий, что в этом нет ничего страшного» — человек наносит ущерб своим глазам и говорит: «Что я сделал?! Какой грех я совершил?! На меня это не влияет плохо», — это ложь! Рассказывают о Ребе «Бейт Исраэль» из Гура, который встретился с несколькими профессорами. Они спросили его: «Почему ультраортодоксы так боятся каждого зрелища и каждого взгляда? На нас, профессоров, эти вещи вообще не влияют и не мешают нам».

Он ответил им притчей: на что это похоже? На бедуина и европейца. Бедуин весь день ходит по камням, колючкам и терновникам. С самого рождения он ходит по самым острым камням, и это ему совершенно не мешает, он не чувствует никакой боли из-за привычки. А европеец, если ему в ботинок попадет крошечный камешек, песчинка, он уже не может идти, нога болит, он испытывает от этого ужасные страдания.

Смысл притчи в том, что вы, профессора, подобны бедуинам: вы уже настолько осквернили себя бесконечными нечистотами, что маленький камешек, маленький грех, зрелище, запретный взгляд на вас уже не влияют. Но человек, который весь — утонченность души, весь — чистота души, ему мешает любая малейшая вещь, любой малейший грех, любое запретное разглядывание, любое запретное зрелище — это причиняет ему боль, это пронзает его, как удары меча.

Выбор человека заключается только в глазах. Как только человек начнет хранить глаза, он достигнет всех духовных ступеней в мире, он не будет говорить злоязычие, не будет гневаться, не будет ненавидеть, он будет соблюдать Шаббат, накладывать тфилин... И не только физические глаза нужно хранить, но и глаза разума нужно хранить.

Человек может хранить физические глаза, но у него есть еще бесконечное множество глаз: глаза зависти, глаза ненависти, глаза поиска почета. Он должен хранить все виды глаз, которые у него есть, отключить все свои чувства от этого мира, чтобы у него не было глаз ни на что в мире, ни на какую тему в мире. Но чтобы все чувства и все желания были направлены только к Ашему, благословен Он, к Нему Самому. И когда он хранит глаза (физические глаза и глаза разума — зависть, ненависть), тогда он удостаивается: «Открой мои глаза, и я увижу чудеса Торы Твоей», ему открываются все тайны Торы, тайны Творения и все чудеса мира.

В свете Лика Царя: крик сердца из пустого пространства

Бывают времена, когда человек сталкивается с такими тяжелыми проблемами, что он находится тогда в том, что называется «пустым пространством», где царит тьма. Молятся, но ничего не чувствуют, идут исполнять какую-то заповедь и хотят сделать это от всего сердца, но получается не совсем от всего сердца. Вдруг возникают такие вопросы, сталкиваются с такими противоречиями, получают такие унижения, такие неудачи и такие разочарования, что не видят там Ашема, не дай Бог, — это и есть «пустое пространство», это время сумерек. Не знают, что с нами происходит.

Казалось бы, выход звезд — это бóльшая тьма, чем сумерки, но величайшая опасность кроется именно в сумерках. Потому что когда наступает тьма, это уже новое творение, «и был вечер, и было утро»; если уже есть тьма и ночь, это знак, что скоро будет утро, будет свет. Тогда все в порядке, это отлично. Вся проблема в том, что вдруг наступают сумерки, и мы не знаем, что с нами происходит. И сумерки — это не обязательно время молитвы Минха, это может длиться весь день.

Что же тогда делать? Крик сердца. «Из глубин воззвал я к Тебе, Ашем». Когда уже больше невозможно терпеть, когда боль так велика, когда нет предела горю, тогда невозможно говорить. Тогда человек кричит. Голос без слов. Без букв. Как шофар, который является символом крика сердца всего народа Израиля. Ты не можешь тогда позволить себе расслабляться, ныть, — это ты можешь делать, когда у тебя все хорошо. Но когда у тебя беда? Когда ты в пустом пространстве? Ты ведь в опасности, ты обязан выстоять в этом пространстве, ты обязан дойти до света, увидеть Ашема внутри пустого пространства, ты обязан кричать «Айе» (Где?).

И невозможно достичь этого, когда ты чувствуешь, что тебе что-то полагается, что тебе должны, что с тобой поступили несправедливо. Тебе ничего не полагается. Каждая душа приходит сюда, чтобы получить свое исправление. У каждого свой путь, который он должен пройти. Также невозможно достичь этого, пока существует это «я». Ашему не нужно, чтобы я был успешным. Ашему не нужны успешные люди в мире. Ашем Сам достаточно успешен. Ему не нужны здесь победители.

Кто же Ему нужен? «Близок Ашем к сокрушенным сердцем», ко всем, кто призывает Его в истине. Ему нужно только, чтобы кричали «Айе». Желание Ашема — обитать в наших сердцах, когда мы находимся здесь, в нижних мирах. Мы можем и должны раскрывать Его Божественность в мире даже через то, что ничего не делаем. Само наше существование, когда мы радуемся, улыбаемся, говорим добрые слова, счастливы в нашем положении, понимая, что радость — это та внутренняя работа, которую мы должны здесь выполнять.

Приправы к Торе: тайна скромности в заповеди бикурим

«И будет, когда придешь ты в землю...» (Дварим 26:1).

Мудрецы говорят, что в заповеди принесения бикурим (первых плодов) человек сокрушает в себе качество гордыни. Ведь даже если он вельможа и великий человек, и ему принадлежат несколько городов и деревень, и даже если он сам царь Израиля — он обязан взять корзину с первинками на свои плечи и нести ее от Храмовой горы до Азары (двора Храма).

И он сам (а не его посланник) приносит их коэну, служащему в ту смену. И хотя этот коэн мог быть беден, и его пропитание зависело от него (от царя или вельможи), тем не менее, вельможа или царь приходит и стоит перед коэном в скромности и смирении духа, и читает перед ним отрывок о бикурим. И тем самым он сокрушает в себе качество гордыни, становясь скромным и смиренным духом, а это очень драгоценные качества, за которые восхвалялись величайшие люди мира: Авраам, Моше, Аарон и царь Давид.

«И отзовешься, и скажешь пред Ашемом, твоим Богом...» (Дварим 26:5).

Раши объясняет слово «ве-анита» (и отзовешься) как выражение повышения голоса. Отсюда мы учим, что приносящий бикурим читает возложенный на него отрывок («чтение бикурим») громким голосом, как подобает тому, кто возносит хвалу и благодарность Ашему.

По словам цадика рабби Шломеле из Радомска (автора книги «Тиферет Шломо»), «ве-анита» происходит от слова «ахнаа» (смирение) и понижения голоса, как написано:

«Доколе ты будешь отказываться смириться предо Мной?» (Шмот 10:3).

И смысл этого: доколе ты отказываешься покориться? И в час, когда человек приступает к служению Ашему, он должен сначала смирить себя перед Творцом, благословен Он, и ощутить ничтожность плоти и крови во время исполнения заповеди. И об этом сказано здесь: «ве-анита» — смири себя перед Владыкой мира, и только потом «и скажешь пред Ашемом, твоим Богом» — приступишь к служению Ашему.

Истории к недельной главе: поищем пути наши собственные

«Поищем пути наши, и исследуем, и вернемся к Ашему» (Эйха 3:40).

В 5627 (1867) году в Бауске разразилась смертоносная эпидемия, унесшая множество жизней среди членов общины. Как принято в Израиле, евреи города собрались в синагогах, чтобы излить мольбы и молитвы перед Обитающим в высях. И когда эпидемия в городе не прекратилась, главы общины посовещались и решили поручить нескольким уважаемым людям, признанным в народе как совершенные цадики, чтобы они исследовали и проверили во всех районах города, не оступился ли кто-нибудь в тяжком грехе, навлекая тем самым на место своего проживания эту великую беду, обрушившуюся на них.

И прежде чем привести это решение в исполнение, главы общины обратились к своему любимому раввину, рабби Мордехаю, чтобы он дал на это свое согласие. Рабби Мордехай внимательно выслушал пришедших, но категорически отверг практическое предложение глав общины, сказав им среди прочего: «Я верю, как и вы, что нет наказания без греха, и во всякое время мы должны проверять свои поступки и исправлять свои пути, ибо "нет на земле такого праведника, который творил бы благо и не грешил" (Коэлет 7:20). Однако в этом вопросе мы должны всегда придерживаться следующего правила: проступки и грехи человек должен искать не у других, а у самого себя!»

«И когда каждый человек в нашем городе исполнит на себе "поищем пути наши, и исследуем, и вернемся к Ашему", — ведь написано "поищем пути наши", наши собственные пути, а не пути других, — только тогда наша большая община сама собой очистится от всякого греха и проступка, и исполнится на нас сказанное: "нет пролома (беды и разрушения)... и нет вопля на улицах наших" (Теилим 144:14). И тогда эпидемия наверняка остановится!».

Искоренение скверны змея

«Арамеец губил отца моего, и спустился он в Египет» (Дварим 26:5).

И толковали мудрецы: Лаван хотел искоренить всё. Лаван — это Билам, который, как известно, является аспектом Амалека, что и есть суть скверны змея, желающей полностью искоренить Израиль, не дай Бог. Одолеть каждого очень дурными вожделениями, проистекающими из скверны змея, и полностью искоренить его, не дай Бог. Но Ашем не оставит нас в его руках, и Он заранее сжалился над нами, дав нам Тору, которая исправляет всё.

И это аспект бикурим, которые являются исправлением греха Первого Человека, чтобы изгнать и уничтожить скверну змея, аспект Лавана и Амалека из Израиля, чья хватка кроется в аспекте сладости меда (что намекает на вожделения этого мира). Ибо через бикурим, приносимые из меда, как объяснил Раши на стих «Начатки первых плодов земли твоей приноси в дом Ашема, твоего Бога» (Шмот 34:26), это исправляется.

И поэтому нужно упоминать в исповеди при принесении бикурим «Арамеец губил отца моего», что является аспектом Лавана, аспектом Амалека, которые суть главная скверна змея. Ибо через бикурим всё это исправляется, и удостаиваются искоренить и стереть память об Амалеке, аспекте Лавана-арамейца, и удостоиться святости Израиля, святости Торы, которую мы получили в Шавуот, который является днем бикурим (Ликутей Алахот, Первенец чистого скота 4:27).